О фильме:

 

1995 год. Афганистан. Российский грузовой самолет принудительно посажен на аэродроме в столице исламского терроризма – городе Кандагаре. Пятеро российских лётчиков захвачены в плен фанатиками-талибами. Им предстоит прожить 378 дней в аду.

Как не предать Родину, если за это тебе обещают свободу? Как не отказаться от своей веры, если за это тебе гарантируют жизнь? Как остаться собой – если за это тебе грозит смерть? Ответ один – бежать…

На аэродроме их ждёт самолёт. На взлетной полосе – минное поле, истребители – в воздухе, стингеры – на земле. Но у них нет другого шанса вернуться домой…

Интересные факты о фильме:

 

ФИЛЬМ ОСНОВАН НА РЕАЛЬНЫХ СОБЫТИЯХ

14 июля 1995 года российский самолет Ил-76 авиакомпании «Аэростан» совершал коммерческий рейс из Албании (в фильме - из Стамбула) в Кабул. Экипаж самолёта состоял из семи (в фильме – пяти) человек: командира Владимира Шарпатова (в фильме его играет Александр Балуев), второго пилота Газинура Хайруллина (Владимир Машков), штурмана Александра Здора (Андрей Панин), бортинженера Асхата Аббязова (Богдан Бенюк), радиста Юрия Вшивцева (Александр Голубев), инженеров Сергея Бутузова и Виктора Рязанова. На борту самолета находились патроны, предназначенные для правительства Афганистана – груз, нормами международного права признанный гуманитарным.

В небе над Кандагаром наш самолёт неожиданно атаковал МИГ-21 – истребитель повстанческого движения Талибан. ИЛу-76 было приказано немедленно совершить посадку под угрозой ракетного огня на поражение. Так российские лётчики стали пленниками афганских талибов.

 

Из дневника капитана экипажа Владимира Шарпатова:

«Стены белые, крутые, А в зените солнца диск. Здесь законы все иные: Ходят рядом смерть и риск. Гул родного самолета Снится, снится по ночам… Три месяца как мы из дома и 40 дней как здесь. На обед сегодня один тростник. Осталось только пять ящиков воды. На таком "топливе" через пару недель, наверное, не сможем передвигаться. С утра пришел старый проповедник, который хотел выучить нас Корану и сделать из нас мусульман. Взамен обещал походатайствовать о нашем освобождении. Я высказал свое сомнение…»

«Приснилось, что лежу в гробу. Покойница тетя Нюра оббила его темно-синим бархатом. Не заколочена только доска у головы. Мимо проходят какие-то люди, одни с безразличием, другие неодобрительно покачивают головами. Я прикинулся мертвым и думаю: хорошо, что сделал гроб про запас... Проснулся. У нас все беспросветно. Хочется однажды не проснуться... В 4 ночи стало плохо Саше Здору. Боль в животе. Всего трясет. Я - часовому: «Быстро доктора!» Тот не пошевельнулся. Да и какой тут доктор? Вообще все сильно сдали. У Рязанова – сердце. У меня началась желтуха. Бессонница. Пытаюсь не показывать вида. Но как?»

Из интервью командира экипажа Владимира Шарпатова:

«16 августа, была пятница, у мусульман выходной. Нас доставили на аэродром для починки самолёта. Мы должны были поменять колесо. Где-то в полдень смотрю: охранники, начальник караула, начальник тюрьмы пошли через взлетное поле молиться. Подбегает бортинженер: "Ну что, командир, попробуем?". Попробуем! Медленно выруливаю по центральной рулежке, на ходу запускаем третий и четвертый двигатели... А навстречу нам уже несутся два "Урала" и автобус...»