Джеймс МакЭвой готовится к «Угасанию»

Джеймс МакЭвой дождался назначения режиссера своего сай-фай-триллера «Угасание» (Extinction). Постановку доверили молодому австралийскому режиссеру Бену Янгу, чей дебютный полный метр «Гончие любви» в этом году получил приз на Венецианском кинофестивале.
Джеймс МакЭвой готовится к «Угасанию»

Джеймс МакЭвой дождался назначения режиссера своего сай-фай-триллера «Угасание» (Extinction). Постановку доверили молодому австралийскому режиссеру Бену Янгу, чей дебютный полный метр «Гончие любви» в этом году получил приз на Венецианском кинофестивале.

Героя МакЭвоя, заводского механика и образцового отца, одолевают ночные кошмары, в которых он защищает свою жену и становится спасителем Земли, давая отпор некой армии захватчиков. Мысли о вторжении не дают ему покоя и после пробуждения, пока он не понимает истинный смысл своих ночных видений.

Финальную версию сценария отшлифовал Брэд Кейн, писавший в сериалы «Черные паруса» и «Грань». До него драматургией «Угасания» занимались Спенсер Коэн и Эрик ХайссерерПрибытие», «И гаснет свет...»).

Дебют Янга «Гончие любви» был показан в этом году на Венецианском кинофестивале — в секции «Венецианские дни». Картина удостоилась сравнений с работами Дэвида Линча и Джастина Курзела, а также была отмечена призом европейских критиков Fedeora.

Поделиться
Читайте нас в Telegram И будьте в курсе свежих материалов
нашего сайта (и не только)

Читайте нас в Telegram

Главные темы

Смотреть все
Сопротивление материала: почему Бернардо Бертолуччи был самым чутким и опасным читателем в истории кино
Статьи
Сопротивление материала: почему Бернардо Бертолуччи был самым чутким и опасным читателем в истории кино
Бернардо Бертолуччи, которому в этом месяце могло исполниться 85 лет, брал великие романы не для того, чтобы их иллюстрировать, а для того, чтобы проверить, поддадутся ли они его визуальной воле. KNMN рассказывает, как итальянский режиссёр заставлял литературу сопротивляться, выжимая из страниц только те смыслы, которые резонировали лично с ним, и оставляя всё остальное за кадром
Давид Дастмалчян, волчанка и вечная жизнь в «Мутации»
Рецензии
Давид Дастмалчян, волчанка и вечная жизнь в «Мутации»
Давид Дастмалчян, волчанка и вечная жизнь в «Мутации»
Рецензии
Попытка уйти красиво и другая шляпа Киллиана Мёрфи в «Острых козырьках: Бессмертном человеке»
Давид Дастмалчян, волчанка и вечная жизнь в «Мутации»
Статьи
Лайза через букву Z: Почему документалка о Миннелли — это история о нас больше, чем о ней