Джеки (Дженнифер Лопес), начальница компании «AirCruz», основанной её отцом, летчиком и героем войны, встречается с главой другой организации и обсуждает подписание соглашения между фирмами. Мужчине это, откровенно говоря, побоку — он с трудом переживает развод с женой и делится, пожалуй, чересчур интимными подробностями с Джеки. Она же предлагает ему вернуться в семью. В это время не хватающий звезд с неба юрист Дэниел (Бретт Голдстин, он же соавтор сценария) сидит в похожем ресторане, а рядом — пьяная подруга. Он мило отказывается идти к ней домой — судьба-злодейка, завтра ведь на работу.
А утром происходит оказия: главный юрист «AirCruz» Питер Уэнс (Брэдли Уитфорд) давится вкуснейшим тако и временно выходит из строя. Дело горит: на компанию в суд подают конкуренты, у которых прошлым вечером Джеки увела клиента. Тут-то на глаза и попадется Дэниел, пробирающийся через тернии к звездам и статусу главы юридического отдела. И понеслось — страсти, путешествия, ссоры… Всё смешалось в отношениях Джеки и Дэниела. Но есть нюанс — этика компании не позволяет сотрудникам заводить романы друг с другом. Судьба, похоже, и правда злодейка.
Это всё, конечно, в первую очередь попытка поговорить о внутренней структуре и устройстве работы в фирме. Ни шагу влево, ни шагу вправо: харасмент, абьюз, личная выгода, Барбюсс — все это может приговорить вашу карьеру к смерти. И на руководящей должности, и на нижних этажах рабочей лестницы. Здесь как раз к месту сестра-карьеристка Джеки, приходящая на работу на следующий день после родов, — один в один героиня Чуриковой, продолжающая строить свой Град на холме после смерти сына, в «Прошу слова». И да простит меня великий Анри Барбюсс: здесь он упомянут просто, для красоты — но именно так, абсолютно бездумно, сделано и само кино.
Здесь просто отменная режиссура — только если бы это прилагательное происходило от слова «отменить». Существует мнение, что кино отличается от других искусств одним важнейшим художественным приемом — крупным планом. Вспомним хоть Бергмана, хоть Данелию — этому приёму в любом кино найдется место. Диапазон его необъятен — это возможность вглядеться в человека, дать прочувствовать его состояние, заметить малейшее шевеление мышц на лице. В «Служебном романе» режиссёра не интересует ничего — буквально. Актеров Ол Паркер («Mamma Mia! 2») держит на первом среднем плане и лишь иногда позволяет себе переходить на крупный, но это ни к чему не приводит. Почти весь фильм снят на статичные камеры: тут подсняли, тут ракурс поменяли. Андре Мальро назвал такой подход «консервированный театр» — правда, по отношению к творчеству Жоржа Мельеса. Всё как бы ради зрительского комфорта. Только кому это надо, если картина настолько стерильна?
Но это еще полбеды. Обратите внимание на актерские оценки в парных сценах — особенно, когда надо показать дискомфорт и нервозность ситуации. Например, персонаж Лопес после очередной кринжовой ситуации в кабинете отшучивается и прямо при напарнике начинает размахивать руками и нашептывать под нос «чёрт». Казалось, что подобные лобовые оценки остались в ромкомах нулевых, но нет — вот они, пожалуйста. Лопес вовсе не бездарная актриса (мы видели, на что она способна в «Стриптизершах»), так что это точно режиссёрское решение. Вспомним рассказ Мэтта Деймона о том, что Netflix требует добавлять экшен-сцены в первые 5 минут для удержания внимания и заставляет повторять сюжет в диалогах, так как зрители смотрят «вполглаза», сидя в телефонах. Наверное, это кино именно такого разряда.
Сценарий, кстати, не так плох. Тут есть и визуальные шутки, которые выстрелят в конце, и словесные (обратите внимание на ругательные слова), да и поступки персонажей не вызывают массу вопросов. Например, абсолютно ясно, почему героиня Лопес начинает следить за новым бойфрендом (она уже была предана близким человеком и не хочет оказаться в этом положении снова). Мы её понимаем и в этом праве отказывать не будем — просто параллельно в небольшую корзинку плюсов добавим сцены после титров. Эта маленькая радость для фанатов супергеройки выглядит даже слишком свежо на фоне остального фильма. Досмотрите до конца, не поленитесь.
Видеоплеер загружается... Пожалуйста, подождите.
Как можно догадаться из вышенаписанного, сравнение с работой Брагинского и Рязанова не имеет никакого смысла. Единственное сходство — близость по форме к пьесе, только советская картина на самом деле является экранизацией «Сослуживцев» Эмиля Вениаминовича и Эльдара Александровича. Рязановская картина вся строится на умолчаниях и подтекстах, сложных и неоднозначных характерах. А вот наш пациент максимально ясен и доходчив: авторы на всякий случай всё пару раз проговорят, и через пару несложных препятствий фильм приходит к абсолютно закономерному финалу. Такие картины я называю «шаурма для мозга». Всё по заветам Netflix.
нашего сайта (и не только)
