«От заката до рассвета» ныне справедливо считается культовой классикой 1990-х, вехой в карьере многих выдающихся кинематографистов и образцом хоррор-боевика. Ирония в том, что на этапе разработки фильм казался бесперспективным вложением для каждого второго продюсера, который с ним сталкивался. Причем определенная логика в скептичном восприятии была: «От заката до рассвета» изначально замышлялся как безудержный карнавал кровопролития, юморной и жестокий аттракцион, замешанный на спецэффектах, без малейших претензий на респектабельность, возвышенный вкус или даже добротную актерскую игру. Чтобы понять, как из трэшовой задумки возник эталон жанрового стиля, стоит начать с самого начала – с богатой фантазии малоизвестного начинающего художника.
Идея
В середине 1980-х молодой поклонник хорроров Роберт Курцман приехал в Лос-Анджелес, чтобы найти себе работу в киноиндустрии. Он с детства обожал фильмы ужасов и особенно чудовищ из них, а восторг от карпентеровского «Нечто» сподвиг его всерьез задуматься о карьере в области спецэффектов. Курцман устроился работать в команду Джона Карла Блюхера (это он снял седьмую – самую мрачную – часть «Пятницы 13-е»), и несколько лет набирался опыта, кочуя от фильма к фильму i.
Познакомившись с еще двумя энтузиастами жанра, Грегом Никотеро и Ховардом Бергером, Курцман образовал с ними небольшую компанию KNB EFX Group, которая занималась созданием спецэффектовi. Молодым специалистам требовался убедительный пример их талантов – проект, способный продемонстрировать потенциал накопленного опыта за счет обильных (и, что важно, рукотворных, а не цифровых) визуальных эффектов.
Размышляя над этой задачей, Курцман пришел к идее фильма о том, как компания из нескольких человек попадает в бар, принадлежащий вампирам, и вынуждена истреблять толпы кровососов всю ночь напролет. Под конец 1980-х замысел превратился в сюжет, умещавшийся на двадцати страницах: это должен был быть хоррор о долгой и кровавой осаде, напичканный всевозможными расчленениями, разнообразными монстрами, а также смачными драками и перестрелками. Эффекты для проекта должны были делать люди из KNB EFX Group, и у них была масса идей, так что Курцман захотел самостоятельно поставить фильм. Но здесь возникли две проблемы. Первая была финансовой: продюсеры не хотели браться за чисто жанровый проект без больших звезд, да еще и насыщенный масштабным насилием. Золотой век слэшеров уже подошел к концу (последние части «Кошмара на улице Вязов» и «Пятницы 13-е» собрали намного меньше денег, чем ожидалось), вампирское кино оставалось нишевым (эстетский «Голод» Тони Скотта вышел давно, и провалился в прокате, а до «Дракулы» или «Интервью с вампиром» было еще далеко), к тому же студийных боссов смущала комбинация боевика и ужастика – она представлялась пригодной в лучшем случае для редких любителей экзотики.
Но зато если с финансированием дела никак не задавались, вторая проблема была сугубо технической и вполне решаемой. Курцману недоставало опыта в постановке и сценаристике, поэтому потребовалось найти подходящего автора, готового адаптировать сюжетный набросок в полноценный сценарийi. От знакомых Курцман узнал о подающем надежды новичке Квентине Тарантино, прочитал его тексты, и, собрав полторы тысячи долларовi, заказал ему сценарий хоррор-боевика «От заката до рассвета».
Фильм
В начале 1990-х на экраны вышел тарантиновский дебют «Бешеные псы», а затем и его триумфальный проект «Криминальное чтиво», собравшие не только крупную кассу, но и длинный список всевозможных наград и номинаций, от премий MTV до «Оскара» за сценарий. Самородок из видеопроката вмиг стал самым востребованным кинематографистом в Голливуде, и не забыл продвинуть под свет прожекторов близких друзей, которым тоже досталась своя доля славы. Самым талантливым участником тарантиновской обоймы был Роберт Родригес, снявший лихой микробюджетный экшен «Музыкант», а затем романтический боевик «Отчаянный» — оба пришлись по нраву критикам, еще и собрав приличные деньги в прокате.
В это время Тарантино и предложил Родригесу снять следующий фильм на основе своего давнего сценария под названием «От заката до рассвета», разработанного по идее Курцмана. Ознакомившись с текстом, Родригес загорелся проектом, а Тарантино, в свою очередь, наладил контакты со студиями: звездное имя помогло увеличить бюджет (с изначально скромных $1-2 млн. до заоблачных $17 млн.), при том, что команда Курцмана по-прежнему была готова обеспечить все визуальные эффекты. Здесь важно понимать, что «От заката до рассвета» хоть и представляет собой одно из важнейших режиссерских достижений Родригеса, все же никогда не сложился бы в настолько яркий и цельный фильм без вклада Тарантино. В этом смысле здесь редкий пример дважды авторского кино, где изобретательность сценариста идеально дополняет творческую энергию постановщика.
Опираясь на концепт Курцмана, Тарантино значительно расширил и углубил изначальный сюжет, превратив прямолинейный «осадный ужастик» в намного более вычурный гибрид криминального боевика и хоррора о вампирах. По ходу работы он несколько раз серьезно переделывал финал и первую треть, стараясь максимально эффектно обеспечить резкий, но правдоподобный жанровый сдвиг в середине сюжета i. Одним из самых важных решений Тарантино стало изменение заключительной части фильма – в ранних вариантах Сет и Кейт проникали внутрь огромной пирамиды, спрятанной под баром, где им пришлось сражаться с вампирами. Но, пожалуй, главное изменение в поздние редакции сценария Тарантино внес, переработав (по просьбе Родригеса) характеры братьев Гекко: если в ранних версиях они отличались разве что степенью отмороженности, то в итоговом варианте постоянно подчеркивался контраст между импульсивным садистом Ричи и рассудительным Сетом, позволяющий генерировать фоновый саспенс задолго до встречи с вампирами.
Если на счет Тарантино можно записать сценарий с огромным потенциалом, то на совести Родригеса остается его великолепная реализация. Умело задействовав таланты мастеров из KNB EFX Group и оператора Гильермо Наварро (через десять лет он получит «Оскар» за работу над «Лабиринтом Фавна»), постановщик насытил и без того динамичный сюжет огромным количеством стильных экшен-сцен, а также запоминающихся монстров, с которыми сражались прекрасно подобранные актеры. Родригес смог преподнести сюжет об осаде (вообще говоря, характерный для зомби-хоррора, а не для вампирского кино) с бешеным драйвом, задав новый стандарт качества для фильмов ужасов. Комбинация хоррора и боевика (которая студиям казалась не столько рискованной, сколько бессмысленной) именно с подачи Родригеса стала мейнстримом.
На рубеже 1990-х и 2000-х экшен-динамика стала неотъемлемым компонентом множества успешных ужастиков, нередко становившихся франшизами. Здесь достаточно вспомнить «Блэйд» и «Другой мир», но кроме них появлялись и более традиционные вариации на тему, вроде ремейка «Рассвета мертвецов» (тоже, кстати, построенного вокруг осады, но насыщенного, в отличие от оригинала, интенсивными экшен-сценами). Родригес предвосхитил эту тенденцию, указав путь, по которому прошли многие режиссеры с тех пор: он был одним из первых авторов, показавших, что динамизм боевика и саспенс хоррора вовсе не находятся в непримиримом противоречии.
Наследие
«От заката до рассвета» стартовал в прокате с оглушительным успехом, за неделю отбив больше половины бюджета, а в итоге собрал почти $60 млн. в мировом прокате – отличный результат для залитого кровью безбашенного хоррор-экшена с обильной обнаженкой, но без громких имён на афишеi. Зато триумф родригесовской затеи превратил Джорджа Клуни в звезду боевиков (прежде он был известен как важный актёр из сериала «Скорая помощь»), закрепил славу Джульетт Льюис, и стал самой заметной актерской работой Квентина Тарантино. Что касается Роберта Родригеса, то восторженный прием «От заката до рассвета» у критиков и зрителей открыл для него пиковое десятилетие карьеры: впереди были «Факультет», франшиза про детей-шпионов, боевик о мексиканском музыканте, закончивший трилогию, и второй важнейший хит – «Город грехов».
Несмотря на культовый статус и немалые кассовые сборы, «От заката до рассвета» долго оставался единственным в своем роде проектом. Под конец 1990-х фильм, правда, обзавелся парочкой сиквелов, снятых для домашнего проката, однако они даже на миллиметр не приближаются к уровню оригинала. Впрочем, назвать их беспросветными провалами тоже нельзя: сами по себе это местами занятные, пусть и сугубо одноразовые ужастики, не претендующие на серьезное сравнение с первой частью. Один из сиквелов («Кровавые деньги Техаса») стилизован как фильм об ограблении, в ходе которого банда налетчиков сталкивается с бандой вампиров. Главной звездой там выступил Роберт Патрик, а снял фильм Скотт Шпигель, автор недурственного, но малоизвестного слэшера «Незваный гость». Другая часть («Дочь палача») была приквелом, рассказывающим о том, как несколько путников в Мексике начала 1910-х забредают в тот самый бар из первой части, под которым скрывается гигантская индейская пирамида. Тут актерский состав тоже состоит не из последних людей: злодейскую королеву вампиров играет Соня Брагаi, невинную миссионерку – Ребекка Гейхарт, а главная партия досталась Майклу Парксу (шериф Макгроу из первой части), причем играет он Амброуза Бирса, вполне реального писателя, который в 1913-м исчез на мексиканских просторах при таинственных обстоятельствах.
Куда более любопытное развитие франшиза получила не в кино, а на ТВ, когда в середине 2010-х на канале El Rey iначал выходить сериал «От заката до рассвета», основанный на событиях первого фильма, но значительно расширяющий его мифологию. Разработка этого проекта связана с еще одним дополнением Родригеса в тарантиновский сценарий: режиссер включил в заключительные сцены фильма кадры с пирамидой. Почти через 20 лет родригесовский ход стал основой для обновленного сюжета про братьев Гекко и семью Фуллер, щедро сдобренного своеобразным вампирским фольклором. Родригес выступил шоураннером, а работали над проектом люди, хорошо знакомые фанатам хорроров – от Феде Альвареса (постановщик ремейка «Зловещих мертвецов») до Грега Никотеро. Сериал продержался три сезона и был тепло встречен критиками, так что именно его можно считать ключевым компонентом в наследии оригинала. Он продолжал оставаться им вплоть до прошлого года, когда Райан Куглер в «Грешниках» смешал густую олдскульную драму о людях вне закона с радикальным сверхъестественным хоррором по той же формуле замкнутого пространства и безнадёжной ночной обороны.
Вот так «От заката до рассвета», начавшись с простенькой, но яркой, жанровой зарисовки, благодаря безудержным талантам всех ключевых людей, вовлеченных в творческий процесс, превратился в символ эпохи, знаковый эпизод в биографиях двух культовых авторов, и образцовый пример хоррор-боевика. Весь процесс его создания – от первых смутных задумок Роберта Курцмана через отполированный стиль Квентина Тарантино до захватывающего воплощения Роберта Родригеса – в очередной раз доказывает, что даже самые маловероятные, грязные и жуткие кинематографические фантазии можно возвысить до общепризнанного шедевра, если предаваться им с любовью, усердием и талантом.
нашего сайта (и не только)
