Недавно овдовевший писатель Том (Адам Скотт) приезжает с восьмилетним сыном Джейком в родной город покойной жены. Там как раз в это время детектив Аманда Бек (Мишель Монахэн) ведёт поиски похитителя детей, копирующего почерк серийного убийцы Фрэнка «Шептуна» Картера (Майкл Китон), которого давным-давно засадил отец Тома, ныне пенсионер Питер Уиллис (Роберт Де Ниро). Вскоре Джейк пропадает из дома посреди ночной грозы, и Том вынужден обратиться за помощью к отцу, которого он до сих пор не может простить за уход из семьи. В итоге Аманда и Питер объединяют свои силы, а безутешный отец пропавшего мальчугана начинает собственное расследование. Для начала надо навестить Фрэнка в тюрьме, который вполне может управлять своим последователем. Три головы оказываются лучше одной, хотя секрет убийцы-копировальщика может быстро отгадать любой читавший детективы зритель.
Джеймс Эшкрофт снял на родине в Новой Зеландии пару фильмов — «Жестокую расплату» (ох уж эти перлы российской локализации!), мрачнейший триллер в темных тонах, где пара подонков мучила несчастную семью, и более оригинальную «Обитель смерти» (мы писали про неё здесь . Этого багажа вполне хватило для получения зеленого света от Netflix на экранизацию бестселлера Алекса Норта под продюсерским патронажем братьев Руссо и со звёздным составом.
Чего уж тут лукавить — главный козырь «Шёпота за окном», конечно, 83-летний Де Ниро, пребывающий в отличной актерской и физической форме. Он не только быстро ходит, но даже дерётся с маньяком, а его игра не сводится к простому сокращению лицевых мышц в узнаваемых гримасах. Пожалуй, это его первая достойная серьезного разговора роль со времен «Ирландца». К Скотту тоже нет никаких претензий в роли плачущего отца и обиженного сына. Правда, Монихэн достойна более интересного персонажа, зато успевает сыграть Клариссу Старлинг в сцене конфронтации с маньяком, очевидно позаимствованной из «Молчания ягнят». Да и Майкла Китона никогда не может быть много, тем более в роли расчётливого манипулятора и маньяка-детоубийцы, продолжающего терроризировать Америку чужими руками. Ещё одна маленькая радость — Хеймиш Линклейтер (священник-вампир из «Полуночной мессы») в образе Нормана Коллинза, коллекционера параферналии, связанной с серийными убийцами, вроде лыжной маски Теда Банди.
Однако каст, пусть и впечатляющий, не может отвлечь от одновременной умозрительности и банальности детективной интриги. Под видом триллера вновь продаётся семейная драма, даже две, причем зеркально отражающие друг друга. Том (Скотт) не может простить своего отца Питера (Де Ниро), а психопат Шептун хочет поквитаться с сыном, который, как он считает, его предал. В итоге в обеих отцовско-сыновьих парах придётся кем-то пожертвовать, только в одном случае во имя любви, а в другом — ровно наоборот. В качестве вишенки-украшения фигурирует стивенкинговский мистическо-сентиментальный эпилог, который в книге тоже случается, только значительно раньше.
Но даже если отвлечься от прекраснодушного пафоса, тяжело избавиться от ощущения надуманности интриги. Как получилось, что Том въехал именно в дом, связанный с одним из старых убийств Шептуна? И как Норман Коллинз смог найти одного из ключевых персонажей фильма, которого по идее должна была хорошенько спрятать программа защиты свидетелей? Впрочем, на эти детали обращаешь внимание, уже досмотрев фильм до конца. Другое дело — портящая впечатление пластмассовая безжизненность темноватой картинки, которой сейчас грешат многие современные картины, и отсутствие режиссерского почерка.
Видеоплеер загружается... Пожалуйста, подождите.
Всё это не помешало «Шёпоту за окном» оказаться в лидерах стриминговых просмотров. Вполне понятно почему: зрители устали от упора на визуал и развлечение и соскучились по психологическим триллерам, тем более если они «заставляют задуматься». Так что загодя заготовленная шутка про то, что режиссёр пустил шептуна, тут не очень уместна. Остаётся, не соглашаясь с большинством, поблагодарить всех причастных к созданию картины, а Де Ниро ещё и пожелать здоровья. И пересмотреть какой-нибудь детектив 1990-х.
нашего сайта (и не только)
