Гэри Купер, Кэри Грант, Кларк Гейбл, Роберт Де Ниро – в такую плеяду вписывает себя и Джей Келли (Джордж Клуни), настоящее воплощение американской мечты. Кажется, что весь мир без ума от кинозведы с белоснежной улыбкой, кроме его собственных дочерей. Поэтому герой срывается в Европу, чтобы наладить дела семейные — а заодно посетить фестиваль в Италии и забрать почётную награду. Однако поездка оборачивается путешествием по собственной памяти, в котором актёр пытается понять, где проходит грань между экранным Джеем Келли и им настоящим.
За маской кинозвезды скрывается сам Ноа Баумбак, режиссёр, снимающий не столько автобиографические, сколько максимально личные фильмы. В своих работах он освещает самые больные для него темы – такие, как раскол семьи и поиск своего места в жизни. Творчество Баумбака как раз брало зрителя за душу своей искренностью, а в новой работе он вновь рефлексирует о собственных душевных терзаниях, но теперь делает это через историю о фальши. Символически фильм начинается со съёмочной площадки, но сам Келли будто не покидает её даже в своей реальной жизни, щеголяя по различным локациям с белоснежной улыбкой. И окружающие его люди словно вышли с экрана, радостно и неестественно восхищаясь каждым взглядом знаменитости. Визуально фильм так же снят в выхолощенной голливудской манере: длинный и непрерывный план в открывающей сцене, бодрый монтаж в эмоциональных эпизодах, флешбеки, в которых сам герой как бы наблюдает за своим прошлым со стороны, приглушённый и меланхолический цветокор. При этом такой стиль идет вразрез прошлому творчеству Баумбаха, камерным инди-фильмам с душой, а не снятым по стандартам «серьёзного» кино о кризисе среднего возраста угасающей звезды. Из новой голливудской стилистики пришел и крайне лобовой символизм. Как можно показать запутавшегося в себе Келли? Конечно, он обязательно заблудится в тёмном лесу. Сюда же относится и назойливый чизкейк, который герой вроде как когда-то любил и потребовал прописать его наличие в своём райдере — а теперь постоянно раздражается от присутствия в жизни этого десерта.
Весь фильм Келли будет метаться в поисках себя настоящего. Собственно, эта идея обозначена уже в открывающей фильм цитате Сильвии Плат о том, что легче быть кем-то другим или никем, чем самим собой. Джей скорее предпочтёт сыграть идеального отца на экране, чем стать таким в жизни собственных детей. Он выучил главный урок ещё с актёрской школы: лгать надо дважды — сначала играя роль, а потом играя самого себя. Но потеряв так собственное нутро (символически съев перед судьбоносным прослушиванием фотографию Марлона Брандо), Келли сталкивается с тем, что в реальности нельзя сделать ещё несколько дублей, а за прошлые выборы приходится расплачиваться сейчас. В этом плане Клуни, как эталонная кинозвезда, играет в фильме своё привычное амплуа обаятельного красавца, который во всех ситуациях будет одинаково фальшиво улыбаться. История о том, как голливудский образ постепенно становится реальным субъектом, звучит в параллели с «Барби» Греты Гервиг о превращении такого же идеализированного пластмассового объекта в настоящую женщину. Только если у супруги Баумбака кукла-блондинка в итоге идёт к гинекологу, трансформировавшись так в человека, то Джей Келли символически наконец-то съедает злополучный чизкейк.
Несмотря на то, что основное повествование построено вокруг героя Клуни, гораздо интереснее и колоритнее выписан его менеджер Рон (Адам Сэндлер). Он в контексте фильма скорее оттеняет Келли, ведь в отличие от суперзвезды у персонажа Сэндлера есть полноценная семья. Вот только он чаще общается с ней по телефону на расстоянии, а по зову своего клиента готов моментально помчаться к нему, оставив родных. Для Рона семьей становится сам Джей. Менеджер ласково называет как своих клиентов, так и близких «щенками», но при этом Келли дает ему шейный платок, который выглядит как ошейник для преданного компаньона. Буквально привязанный к своему «владельцу», Рон действительно понимает его одиночество и потерянность, видя в Джее отчасти собственное отражение. Менеджер в картине оказывается более чувственным и искренним, а эта роль прекрасно раскрывает талант Сэндлера в драматическом ключе. Его герой за весь фильм продемонстрирует самые разные состояния: от трогательного добряка до человека, истощенного всплеском эмоций.
Видеоплеер загружается... Пожалуйста, подождите.
Новый проект Баумбака в первую очередь необходим ему самому, как следующий этап в своеобразной терапии. Он перешёл от маленьких инди-драм к медленному и даже старомодному фильму с суперзвездами о рефлексии на тему славы и следующими за ней последствиями. Но где же теперь те искренние герои-неудачники, кидалты, бегущие под Боуи или называющие песню «Hey You» собственным сочинением? Да, однозначно, «Джей Келли» это важный этап для самого Баумбака, по-видимому, снимающего теперь «серьезное» кино, как высокопарную трагикомедию про экзистенциальный кризис пожилой кинозвезды. Но при том, что герой будто выходит из круга лжи в финале, в котором сам автор красиво признаётся в любви к кинематографу, ощущение общей фальши от картины остаётся даже после просмотра. Не потерял ли режиссёр свою индивидуальность за голливудским лоском? Хочется верить, что и сам Баумбак, как и Джей Келли, сможет принять себя и своё нутро, но только уже в следующей работе. Или хотя бы надеяться, что он уберёт чизкейк из своего райдера.
нашего сайта (и не только)
