У камина сидит известный детектив и криминальный консультант Бенуа Бланк (Дэниэл Крэйг) и читает письмо молодого священника Джада (Джош О’Коннор) о преступлении, которое произошло в Страстную пятницу. Подозреваемые — все завсегдатаи прихода: популярный когда-то фантаст, переехавший в глубинку (Эндрю Скотт); подававшая надежды виолончелистка, после травмы передвигающаяся на коляске (Кейли Спейни); адвокатесса и дочь давнего друга пастора (Керри Вашингтон); её приемный брат (Дэрил Маккормак), который после неудачной политической карьеры стал развивать YouTube; доктор, ушедший в запой после развода (Джереми Реннер); наконец, верная прислужница, на плечах которой держится вся церковь (Гленн Клоуз).
Убитый — отец Уикс (Джош Бролин), не самый приятный и эгоистичный католик, требующий, чтобы его звали «монсеньор». Но по-настоящему не любил его только пастор Джад — к счастью, проницательный Бланк верит, что он непричастен к преступлению. Кого же стоит отдать в руки местному шерифу Джеральдине (Мила Кунис), которая и вызвала консультанта, чтобы тот помог с неразрешимой загадкой?
К третьей части франшизы «Достать ножи» становится понятно, что Райан Джонсон хоть и незначительно меняет свою формулу, но это лишь частности: в общем же все три фильма представляют собой классический детектив с кучей подозреваемых (увы, для поджанра whodunit пока не придумали перевод на русский, хотя «кто виноват» входит в список вечных русских вопросов). Приправлен он обязательной сатирой, которая выражается в том, что большинство подозреваемых, как на подбор, представляют собой яркие современные типажи.
Эта часть, пожалуй, погубила предыдущий фильм из серии, «Стеклянная луковица»: над инфлюенсерами и стартапёрами Джонсон потешался вовсю, но под конец делал вывод, что настолько глупые персонажи попросту недостойны хорошей интриги. Увы, в дураках в итоге оставались сами зрители, хотя были и те, кому идея глупого детектива с глупыми людьми показалась интересной. Но сейчас, когда жанр сатиры на богатых сдаёт свои позиции, становится понятно, что повторно такой трюк уже не повторить. Главное опасение заключалось в том, что не было ясно — понимает ли это сам Джонсон?
Оказалось, что да. Несмотря на то, что по тематике «Воскрешение покойника» достаточно сильно опирается на рост правых фундаменталистов в американской религии, этот фильм не слепо обрушивается на религию в целом, а старается найти в ситуации нюансы. И это несмотря на то, что герой Крейга открыто признаётся, что в церкви его интересует только архитектура, а сам он — еретик. Помогает этому о’конноровский Джад. Сложный, написанный с симпатией персонаж, который пришел к сану после карьеры боксера, кончившейся трагедией, показывает, что другой взгляд на католицизм возможен, как и противостояние правому повороту изнутри институции.
Его корпение над письмом для Бланка вызовет у насмотренного зрителя воспоминания о «Дневнике сельского священника» и «Дневнике пастыря». «Воскрешение покойника», конечно, им не ровня, но герой со своими сомнениями и гневом, обуреваемый страстями и искушениями — лучшее, что есть в фильме. Его разговоры о важном с простыми людьми, его попытки изменить очерствевшие сердца подозреваемых, достойны уважения.
Благодаря этому легко закрыть глаза на привычные для Джонсона дурашливые отсылки: кино могло бы и обойтись без Бланка, говорящего «Скуби-дуби-ду», а уколы в сторону правых ютьюберов и блогеров на фоне сложных героев воспринимаются несколько лениво. Но смеются здесь не над всеми: героини Спейни, Клоуз и Вашингтон явно получают больше сочувствия от режиссера.
Кажется, что помогает и возвращение мета-подхода: в «Стеклянном луке» любовь к детективам была во многом наигранной и ненастоящей, в отличие от «Достать ножи». И в «Воскрешении мертвеца» книжный клуб, созданный по стопам Опры, снова косвенно помогает решить преступление: знание сюжетов Джона Диксона Карра и Агаты Кристи становится ключевым не только для Бланка, но и, возможно, для зрителя.
Наконец, радует визуальная часть картины: достаточно сложно снять плохо в церковных стенах, даже несмотря на типичное для Netflix освещение, не особо бьющееся со съемкой на камеру. Холодные цвета добавляют лёгкое ощущение южной готики; впрочем, ждущим от фильма колорита романов Фланнери О’Коннор, даже не стоит надеяться на соответствие стилю; он здесь лишь подразумевается.
Видеоплеер загружается... Пожалуйста, подождите.
Джонсон, безусловно, неглупый режиссер, но не всегда чувствующий меру, что было заметно в «Стеклянной луковице». Здесь смена тона играет ему на руку, хотя картине можно, например, предъявить претензию собственно к детективной составляющей: не исключено, что ставки многих зрителей на убийцу окажутся верными, зато некоторые детали самого рассказа о том, как совершилось преступление, явно станут сюрпризом.
Опять же, сам подход к сложному религиозному вопросу здесь решен очень достойно: без очевидного антиклерикализма, с эмпатией и состраданием к тем, кто его правда заслуживает. И пусть на третий раз восторг от наблюдения за ходом мысли Бланка и его вольных и невольных помощников уже не настолько острый, но сами эти размышления все еще достаточно остроумны; а не этого ли мы ждем?
нашего сайта (и не только)
