НЕОБХОДИМА АВТОРИЗАЦИЯ
лого
  • Новости
  • лого

    Годзилла отдыхает: 5 корейских фильмов про кайдзю

    Годзилла отдыхает: 5 корейских фильмов про кайдзю

    «Монстр Ёнгари» (Южная Корея, 1967)

    Кадр из фильма

    Ядерные испытания на Ближнем Востоке приводят к землетрясению на Корейском полуострове, из-за которого просыпается гигантская рептилия Ёнгари. Выбравшись из подземного плена на севере страны, монстр движется к Сеулу, оставляя за собой смерть и разрушение. Остановить его пытается южнокорейская армия, а помочь военным пытается молодой ученый-химик, обнаруживший у Ёнгари необычные пищевые повадки.

    Первый кайдзю-хоррор в истории Южной Кореи был вдохновлен успехом соседей из Японии, где с середины 50-х регулярно выходили фильмы про Годзиллу и его многочисленных коллег. Заручившись финансовой поддержкой не только южнокорейской компании Keukdong Entertainment, но и знаменитой японской студии Toei, режиссер Ким Ки-Дук (полный тезка знаменитого мастера артхаусного кино) аккуратно воспроизвел японскую формулу кайдзю-хоррора, но добавил в нее национальной специфики, при этом очень точно уловив и передав на экране многие потаенные тревоги тогдашнего поколения южнокорейцев.

    Так, примечательно, что впервые Ёнгари появляется возле Пханмунжчона — города, в котором когда-то было подписано перемирие, приостановившее Корейскую войну. Роль армии в фильме тоже не вполне однозначна: военные показаны примитивными солдафонами, не слушающими ученых и готовыми разнести полстраны. Сейчас такой поворот выглядит клишированным, но в Южной Корее 1960-х, управляемой военной хунтой, подобная расстановка акцентов граничила с откровенным фрондерством.

    Фильм имел успех на родине и в 1969-м был продан в США для показа на телевидении, однако на этой стадии корейская версия была утеряна, и до наших дней сохранился лишь перемонтированный американский вариант. Что, впрочем, не помешало «Ёнгари» стать культовым фильмом и через 30 лет обзавестись ремейком — но это уже другая история.

    «Пульгасари» (Северная Корея, 1985)

    Кадр из фильма

    В феодальной Корее жестокий правитель держит население в страхе, а крестьян — на грани голода. Умирающий кузнец, брошенный в тюрьму за то, что пытался защитить своих близких от произвола властей, создает фигурку монстра, вдохнув в нее жизнь. Чудовище, которое дочь кузнеца называет Пульгасари, вырастает до гигантских размеров и становится ударной силой крестьянской революции.

    Этот фильм, который называли «коммунистической версией Годзиллы», хотя и создан в КНДР, заслуживает особого упоминания в истории корейского кайдзю-кинематографа хотя бы из-за своей уникальности. Дело не только в том, что это первый (и, кажется, единственный) северокорейский кайдзю-фильм, но еще и в том, что стоящая за ним история едва ли не любопытнее самого фильма. «Пульгасари» — проект, порожденный стремлением Ким Ир Сена, тогдашнего лидера Северной Кореи, снять прославляющее идеалы коммунизма кино, которое получило бы мировое признание. С этой целью спецслужбы КНДР в конце 1970-х организовали похищение известного южнокорейского режиссера Син Сан Ока и его жены, популярной актрисы Чхве Ын Хи, и доставили их в Пхеньян, где Ким Ир Сен предложил им поработать на благо трудового народа. В итоге Син снял несколько фильмов — «Пульгасари» стал последним из них и самым известным. Диктатор, впечатленный работой режиссера, разрешил ему с женой выехать в Австрию для переговоров о заграничном прокате картины, и, оказавшись в Вене, парочка сбежала в США.

    Но, помимо детективной истории создания, фильм интересен и сам по себе: это гремучая смесь из фэнтезийного сюжета, поразительных (не всегда в хорошем смысле) спецэффектов и двойных смыслов, спрятанных за антифеодальными месседжами. Где-нибудь в Японии или той же Южной Корее такое кино в 1980-е проходило бы по разряду забористого трэша, но в КНДР фильм снимался как пропагандистский ответ буржуазному кинематографу, подчеркивающий порочность дореволюционных порядков в Корее. Впрочем, есть версия, что по идейной части не все гладко: сценарий, в котором герой народной революции Пульгасари становится в итоге угрозой для надеющихся на него крестьянских масс, выглядит как тонкий, но недвусмысленный намек на партийных лидеров, предавших идеалы революции.

    «Ёнгари 2001» (Южная Корея, 1999)

    Кадр из фильма

    В пещерах Юго-Восточной Азии команда археологов обнаруживает останки гигантского динозавра, которого пресса называет Ёнгари — в честь кайдзю из древних легенд. Через два года на орбите Земли появляется инопланетный корабль, воскрешающий давно погибшего монстра, и пришельцы затем используют чудовище в качестве живого орудия разрушения. Остановить гигантскую рептилию пытается команда из археолога, журналистки и военных специалистов.

    Самый дорогой на то время корейский кинопроект — вольный ремейк того самого фильма 1967 года — изначально создавался с прицелом на международный прокат. Об этом говорит и внушительный по тем временам бюджет в $13 миллионов, и практически полностью западный каст. Как и оригинальный «Ёнгари», ремейк тоже имел сложности с пост-продакшном: хотя постановку щедро профинансировали (в том числе правительство и автомобильный гигант Hyundai), а на CGI денег не пожалели, вскоре после выхода картины было принято решение ее перемонтировать. Режиссер Сим Хён Нэ добавил в отснятый материал еще больше спецэффектов, доснял новые эпизоды и переработал сценарий. В результате получилась новая версия фильма, названная 2001: Upgrade Edition, которая и попала в североамериканский прокат и на домашнее видео. Оригинальная же театральная версия вышла только в Южной Корее.

    Выглядит кино энергичным, но не слишком умелым подражанием блокбастерам Роланда Эммериха и Майкла Бэя. Спецэффекты вызывают скорее умиление, чем восторг, а финальная драка двух монстров навевает воспоминания скорее о реставрированных старых фильмах про Годзиллу, чем об эпичных побоищах каких-нибудь трансформеров из 2000-х.

    «Вторжение динозавра» (Южная Корея, 2006)

    Кадр из фильма

    В реке Ханган, протекающей через Сеул, появляется гигантский монстр. Пока правительство пытается решить, как изловить чудовище, великовозрастный неудачник Пак оказывается в эпицентре семейной трагедии: кайдзю похищает его малолетнюю дочь. В поисках ребенка Пак начинает охоту на монстра, происходящую на фоне массовой паники и военной операции.

    Третья режиссерская работа ныне знаменитого Пон Джун ХоСквозь снег», «Паразиты») стала самым кассовым фильмом в Южной Корее, получив не только премьеру в Каннах, но и весьма лестные отзывы от кинокритиков по всему миру. Своим успехом «Вторжение динозавра» обязано умелому сочетанию кайдзю-хоррора с семейной драмой, снабженной, кроме прочего, политическим комментарием на весьма чувствительную для южнокорейской аудитории тему. Дело в том, что в основе сюжета лежал реальный инцидент, произошедший в 2000-м: корейский владелец похоронного бюро, работающий на американских военных, получил от них приказ слить в канализацию значительный объем формальдегида, невзирая на ущерб окружающей среде, и когда информация об этом просочилась в прессу, разразился крупный скандал. Пон увязал эту историю с появлением мутировавшего монстра-убийцы, и заодно проехался по собственному правительству, которое в фильме предстает, мягко говоря, неповоротливым в ситуации, когда гражданам угрожает смертельная опасность. Эти аспекты фильма привели к тому, что «Вторжение динозавра» удостоилось хвалебных отзывов даже в КНДР — редчайший случай в истории южнокорейского кинематографа.

    Но даже в отрыве от всех этих деталей, это очень любопытный фильм, исследующий массовую панику (в том числе связанную с эпидемиями) и невольный героизм человека, доведенного до отчаяния.

    «Война динозавров» (Южная Корея, 2007)

    Кадр из фильма

    Мальчик Итан узнает о древней легенде, рассказывающей о хранителе, который поддерживает добрых драконов в их битве против сил тьмы. Когда повзрослевший Итан, теперь работающий телеведущим в Лос-Анджелесе, становится свидетелем вторжения армады гигантских монстров в наш мир, ему придется спасать Сару — девушку, внутри которой живет дух того самого хранителя силы, способного остановить орды чудовищ и призвать на помощь людям драконов света.

    Второй кайдзю-фильм Сим Хён Нэ, автора ремейка «Ёнгари», вновь побил рекорды по бюджету, став самым дорогим в истории южнокорейского кино, но, что еще более важно, он также стал международным хитом, собрав около $100 миллионов — и охапку уничижительных отзывов от критиков в придачу.

    Как и в «Ёнгари», здесь интернациональный каст, причем среди исполнителей на этот раз можно заметить и узнаваемых актеров — вроде Роберта Форстера, Криса Малки, Крэйга Робинсона и Дерека Мирса.





    ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ

    В прокате идет блокбастер «Годзилла против Конга», в котором легендарные гиганты усердно колошматят друг друга. Тем, кому этого мало, Дмитрий Соколов предлагает пятерку кайдзю-фильмов из прошлого — далекого и не очень.

    В 2020 году исполнилось 80 лет классической картине «Миллион лет до нашей эры», в которой зрителя пугали и восхищали динозаврами. В честь юбилея вспоминаем главные этапы почти столетней эволюции доисторических ящеров в мировом кино.

    Среди животных-убийц на экране акул заслуженно можно назвать королями жанра ужасов. Смотрите список лучших фильмов ужасов про акул: «Киномания» вспоминает самые интересные примеры акульего кино всех времен.

    КОММЕНТАРИИ

    ОТПРАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
    • I
    • B
    • Цитата
    • Спойлер
    Kinomania.ru
    Контакты: Телефон:+79167283638, Адрес: Info@kinomania.ru, Главный редактор: Горячок К.Л.