НЕОБХОДИМА АВТОРИЗАЦИЯ

Рецензия на фильм «Ван Гоги»

Юлия Кузищина, 8 марта 2019, 12:51:00

На этой неделе в прокат вышла отечественная драма Сергея Ливнева, премьера которой состоялась на прошлогоднем Кинотавре. Юлия Кузищина рассказывает о фильме, времени и смене поколений. 

В прокат вышли «Ван Гоги» -  эмоциональная психологическая драма Сергея Ливнева о непростых отношениях талантливых, но непримиримых отца и сына. Для Ливнева, который регулярно занимается продюсированием, фильм стал третьей режиссерской работой, снятой после более чем двадцатилетнего перерыва. Премьера «Ван Гогов» состоялась в 2018 году в конкурсе фестиваля «Кинотавр», где картина также получила награду за лучшую музыку.

52-летний художник Марк (Алексей Серебряков) живет в Тель-Авиве, ненавидит себя и не в состоянии устроить свою жизнь из-за тяжелой депрессии, которую усугубляют призраки детства - от них у героя никак не получается отмахнуться. Его связывают тяжелые и противоречивые отношения с пожилым отцом — успешным дирижером (Даниэль Ольбрыхский), живущем в Риге. Когда отец Марка начинает терять свою личность из-за деменции, им обоим приходится перестраивать свою связь и роли в жизни друг друга.

В центр истории Ливнев помещает отношения двух взрослых людей, которые не могут разобраться ни со своим прошлым, ни со своим настоящим, поэтому события фильма постоянно перемешивают время и места. Главный герой Марк формально существует в настоящем, где все время что-то происходит: у него есть возможности для работы в мастерской, вот-вот получится организовать и выставку. Однако его внутренняя жизнь связана туманными воспоминаниями, которые становятся источником вдохновения и ужаса — Марк буквально создает свои произведения из веревок и узлов, но не сохраняет их, предпочитая разрушать и забывать. Каждый визит к отцу для Марка с одной стороны, становится поездкой в травмирующее прошлое, но с другой — остается основой того, чем Марк определяет себя, и от чего на самом деле не может отказаться. Прогрессирующая болезнь отца начинает разрушать эту стабильную связь — время начинает идти снова, и герою приходится переосмыслять то, что казалось нерушимым, а также брать на себя ответственность за то, что разрушается и то, что возникает.

Фильм на разных уровнях конструирует образы персонажей, иногда воплощая метафоры довольно прямолинейно: душащие узлы на веревках, один из которых герой пытается затянуть на шее, застывшая игла в голове Марка, которая давно не должна его беспокоить, но которую он постоянно считает источником невыносимых мигреней. Важными деталями становятся цвета и интерьеры: современные, легкие и светлые в тель-авивской мастерской, в аэропорту, где Марк выясняет отношения с подругой из настоящего, но темные, тусклые и массивные в доме отца, перемежающиеся с не менее устаревшей парадностью его выступлений. В этом фокусе интересными оказываются переходные пространства, где категория времени перестает иметь значение — это кладбище, которое поглощает все воспоминания, и берег размеренно шумящего моря, который становится местом, где герои примеряют на себя новые роли.

Ливнев внимательно следит за визуальными деталями, но не менее удачным становится выбор актеров. Сценарий изначально предполагал, что вместо отца герой будет выяснять отношения матерью, и Ольбрыхский был утвержден в фильм в последний момент, однако его собственная аура становится важной чертой персонажа. В итоге он создает отличный дуэт с Алексеем Серебряковым,  который год назад и сам сыграл стремительно уходящего в прошлое отца («Как Витька Чеснок вез Леху Штыря в дом инвалидов»). Стилистика и эмоциональность, используемые Ливневым в «Ван Гогах», могут оставлять впечатление старомодности, но в итоге это ощущение только поддерживает фильм, в котором время играет едва ли не самую важную роль.






КОММЕНТАРИИ

ОТПРАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
  • I
  • B
  • Цитата
  • Спойлер